Журналистам было весело, Путину скучно, премьеру Украины — горько

Журналистам было весело, Путину скучно, премьеру Украины — горько. Зато гвинейцам дали денег

Специальный корреспондент Ъ Андрей Колесников присутствовал в "президент-отеле" и поделился своими впечатлениями о ходе переговоров Путина и Азарова. Для Путина все было очевидно и скучно, журналистов от души веселил украинский премьер, наивно повторявший что-то об оптимальных ценах и самом дорогом газе на Украине (не называя ни одной конкретной страны в отличие от Путина). В перерыве журналисты падали от хохота, наблюдая за разделом денег между членами гвинейской делегации. Один Азаров понимал, что все очень плохо лично для него и именно его Янукович сделает козлом отпущения. Хотя реально именно президент Украины трусливо прячет голову в песок не желая видеть реальную картину плачевного состояния экономики страны.
Хищная улыбка Путина и согбенный украинский премьер — всё ясно без слов. Кролик и боа констриктор.

В начале заседания Владимир Путин вслух ни слова не сказал про газ. Оказалось, что товарооборот между Украиной и Россией за первый квартал этого года вырос на 70% (но это как раз во многом благодаря возрастающим ценам на газ). Российский премьер снова предложил украинским коллегам подумать о вступлении в Таможенный союз:
— Как бы, выражаясь спортивным языком, мяч на стороне Украины. Надо подсчитать, все взвесить. Но я считаю, что Украина может подключиться к нашим интеграционным процессам более активно.

Очевидно, тут содержался намек и на то, что в рамках этих процессов можно получить и хорошие скидки на газ.
— У нас нет проблем в расчетах за газ, — сказал украинский премьер. — Мы платим своевременно. Но действующее соглашение не отвечает реалиям сегодняшнего дня.

Таким образом, за два часа разговора с Владимиром Путиным эта позиция не сдвинулась с места. И не было никаких оснований полагать, что сдвинется после более или менее формальных переговоров в расширенном составе, которые, впрочем, тоже затянулись еще часа на полтора.

Тем временем в холле "Президент-отеля" происходил еще один нервный переговорный процесс — делили деньги. Дело в том, что в этот день здесь, в обширных кожаных креслах, разместилась делегация Экваториальной Гвинеи. Президент этой страны прилетел на переговоры в Москву (по совместительству он работает главой Африканского союза).

И вот вчера около семи часов вечера в жизни делегации наступил самый ответственный и деликатный момент: надо было разделить суточные.
Сорок членов делегации аплодисментами встретили администратора с тремя пачками денег. Такими аплодисментами они не встретили даже президента Экваториальной Гвинеи, который десять минут спустя прошел мимо них.

Но администратор не спешил раздавать суточные. Он предпочитал пересчитывать и пересчитывать их, как будто расстаться ему предстояло с частью своего, а не федерального бюджета (возможно, впрочем, что он у них там общий).
И только спустя час администратор нехотя стал под подпись, после длительного разговора с каждым (такое впечатление, что предварительно он считал своим долгом прочесть соотечественнику политинформацию) выдавать по несколько купюр.

При этом было непонятно, как члены делегации смогут их использовать: не в каждом обменном банковском пункте Москвы принимают валюту Экваториальной Гвинеи.
Впрочем, судя по энтузиазму, с которым члены делегаций покидали "Президент-отель" сразу по получении денег, они знали, что с ними делать.

Тем временем наконец-то закончилось расширенное заседание и началась пресс-конференция. Николая Азарова и Владимира Путина, которая стала резким продолжением закрытых переговоров между ними.
Российский премьер заявил, что по отношению к Украине действуют скидки на газ, благодаря которым Украина получила $2,9 млрд, а с начала этого — уже $2,1 млрд.

Николай Азаров повторил то, что он, видимо не раз говорил и у себя на родине, и в Москве:
— Есть ряд проблем в газовой сфере, несмотря на то, что, по мнению российской стороны, соглашение очень хорошее. Я с юмором об этом говорю!

— А я без юмора так считаю, — добавил господин Путин.

— За лето, — помедлив, произнес господин Азаров, — я думаю, будет найдено решение всех вопросов.
Их дальнейший диалог показал, что, скорее всего, это будет лето, по крайней мере, следующего года.
— В современном цивилизованном мире, — сказал российский премьер, — венцом доказательств и компромиссов является контракт. Он у нас есть. Мы сделали скидку с тыщи кубов за пребывание Черноморского флота в Севастополе. Это реализуется за счет российского бюджета, а не бюджета "Газпрома": мы отменили вывозную таможенную пошлину. Да, цены на нефтепродукты растут, но не по нашей вине!

Он даже рассказал о подробностях закрытых переговоров один на один:
— Мы показали, хотя это коммерческая тайна, сколько платят соседние страны.
— Мне что-то добавлять? — поинтересовался Николай Азаров.
Но он добавил бы и без разрешения:

— Я очень удовлетворен ответом Владимира Владимировича, но эта идеальная формула приводит к тому, что наши соседи получают газ по цене меньше, чем мы! Газойля, который заложен в формуле, у нас вообще нет. Да, одна десятая процента. То есть есть о чем поговорить! И кстати, я не просил никаких скидок! Владимир Владимирович подтвердит!
— А о чем тогда говорим? — обрадовано переспросил господин Путин.
— Вопрос снимается?!
— Ну какой-то консенсус должен же быть найден! — на этот раз Николай Азаров не в состоянии был уже говорить с юмором.

— Формула цены, — повторил господин Путин, — такая же, как для всех. В ней есть и мазут, и газойль. Давайте, говорят украинские коллеги, изменим для нас формулу. Но газойль привязан к цене на нефть! Мы не создавали эту формулу, она существует! Это универсальная формула, она не является исключением для Украины!
Тут украинская журналистка, конечно, достала из рукава джокера и спросила своего премьера, готова ли Украина повысить цену на транзит, если цена на газ будет повышаться.
— Это ведь справедливо, — сказала она. — Дорогой газ в обмен на дорогой транзит!

Такое впечатление, что украинские переговорщики давно приняли ее в свои ряды.

С этим не согласился господин Азаров: по-моему, только потому, что если бы согласился, дал бы слишком серьезные козыри господину Путину.

— Пока действует соглашение по транзиту и пока оно не пересмотрено, — заявил украинский премьер, — мы его исполняем как цивилизованная страна. Да, мы положили эти аргументы на стол! Универсальность цены специалисты должны посмотреть. и посмотрят!

Это прозвучало если не как угроза, то как предупреждение точно.

Российский премьер принял это близко к сердцу:

— Мы договорились, что будет и прокачка рыночная, и цена на газ рыночная. если в одностороннем порядке будут подниматься цены на транзит, то будет подниматься и цена на газ.
После этого успокоился не только он, но, казалось, и господин Азаров.

Последовал длительный разговор о таможенных союзах ЕС и России, Казахстана и Белоруссии (речь господина Азарова была отчаянной, и смысл ее был горек: а что, Украине разорваться, что ли?).
Напоследок украинский журналист снова вернул коллег к несправедливой, на его взгляд, цене на российский газ. Он опять повторил, что западным соседям Украины газ обходится дешевле. Судя по всему, на Украине и в самом деле в этом уверены.

— Вы не правы, — сказал ему господин Путин.

— Почему? — удивился корреспондент агентства УНИАН.

— Потому что у вас неточная информация. Посмотрите, сколько стоит газ в Польше. Даже имея в виду скидку с Черноморским флотом для Украины, Польша платит больше! А транзит по Украине такой же, как во всех европейских странах. Для всех основных потребителей в Европе наш газ дороже, чем для Украины.

Господин Путин секунду помедлил, прежде чем продолжить. Похоже, он размышлял, стоит ли. И решил, что стоит:

— И в Германии тоже дороже. Но мы допустили немцев в нашу добычу! Сделали с ними трубу по дну моря! А они допустили нас в свою транспортную систему! И "Газпром" сделал им шаги навстречу! У нас уровень кооперации с Германией в этом смысле выше, чем с Украиной!
Казалось, пресс-конференция закончилась. И украинский журналист уже давно умолк.
И тут вдруг Николай Азаров пробормотал:

— А по транзиту мы все равно правы!
Я представил себе, что в таком духе шли и все переговоры.

Украинский премьер хотел, чтобы последнее слово осталось за ним. Николаю Азарову необходимо было привезти его на Украину именно в таком виде.

— Нет, не правы! — среагировал господин Путин. — Я понимаю политическую составляющую. Всегда прежнее правительство плохое, а следующее — хорошее. Транзит не стоит столько, сколько продукт.

— Почему? — вдру г снова возник журналист из УНИАНа.

— Потому что не стоит, — расстроено глядя на него, ответил господин Путин. — Потому что не по горам идет, например. да мы вообще хотим уйти от транзита!

"Это вы хотели услышать? — говорил его вид. — Можете ведь и вовсе ничего не получить!"

— "Северный поток" достраиваем, трубу по дну моря проложили, — продолжил российский премьер. — И "Южный поток" построим. Так что посчитайте, пожалуйста!

После паузы он добавил:

-В целом тяжело, понимаю. У нас тоже цена на бензин растет. Сбои происходят. Да, дорого. И не мы создаем условия для этого. Что, мы Ираком занимались. Нет, не мы. Что, ценами на фьючерсы? 12% сейчас? Нет, не мы! Кто у нас Северной Африкой занимается? Мы? Нет. Так что надо платить.
— Вы же великая страна, и ни при чем? — Николай Азаров снова был в состоянии шутить. Он, видимо, не ожидал, что разговор на пресс-конференции зайдет так далеко. Он этого не хотел.

— Конъюнктура такая, — тяжело глядя на него, закончил господин Путин.

И Азаров уехал в Вену, где уже на следующий день нес околесицу про сжиженный газ, диверсификацию поставок и энергоэффективность.

За все надо платить. А разбалованная в прежние годы Украина платить не умеет.